00:46 

Фанфик "Лес"

Soli-nah-ree
Я просто забираю своих динозавров и выхожу из комнаты

Дорогая Созвездие)
Желаю тебе всего самого наилучшего, вдохновения, позитива и много-много счастья)
Мне хотелось подарить тебе хорошую историю, и я очень надеюсь, что эта история, несмотря на боль в начале, покажется тебе хорошей) Твой арт со Стайлзом-лучником меня заворожил, и родился этот сюжет)

Название: Лес
Автор: Solinary
Бета: Даллас
Пейринг: Дерек/Стайл
Рейтинг: PG-13
Размер: ~3000 слов
Жанр: ангст, квазидесфик
Саммари: Охотник выходит на последнюю охоту.
Написано на арт Созвездие Гончих Псов


Жители больших городов боялись Леса, как огня. Их слишком разбаловали идеально гладкие стеклянные стволы многоэтажных домов, идеально прямые языки улиц и суетливое, похожее на панику в муравейнике движение людей по тротуарам. Неудивительно, что они не заходили дальше опушки.
Но Лес мог навредить и местным – сколько раз неделями искали беспечно ушедших за грибами, а потом совершенно случайно натыкались на них у самой дороги, растерянных, исхудавших, но самое главное – не помнящих ничего, кроме бесконечного леса.
Только Охотникам позволялось заходить дальше первой просеки, но их с каждым годом оставалось все меньше и меньше. Мир вообще менялся, причем как-то подло и исподтишка – Стайлз чувствовал, как даже до их поселка доходят уже почти утихнувшие волны изменений. Но причина оставалась неизвестной до недавнего времени.
Стайлз остановился, чтобы еще раз проверить все ремни, удерживающие доспех – перед тем, как встать на след, он хотел убедиться, что щитки не начнут падать с него, точно сухая кора с умирающего дерева.
Раньше он постоянно думал о том, как выглядит со стороны – мечтал о той уверенности, скупости, черт побери, крутости в движениях, что проскальзывала у всех Охотников. Даже Дерек, самый молодой из них, умудрялся вести себя со спокойствием бывалого воина, прошедшего не одну сотню битв.
Сейчас все это – мелочная зацикленность на внешнем, постоянное обращение к себе – казалось глупым и детским. Стайлз на всякий случай подтянул один из ремней на плече, а потом закинул колчан за спину и взлетел по стволу вверх.
Наилучшая позиция для стрелка: чем выше ты стоишь, тем лучше стрела находит цель. Стайлз сделал несколько шагов, как и учил Дерек, давя в себе неуместный вздох, рвущийся из горла наружу. Ветка пружинила под ногами, Лес умиротворяющее шумел вокруг – он точно знал, зачем один из его Охотников зашел так далеко.
Пробный забег до нужной точки вышел легко, не то, что на долгих и, в основном, неудачных тренировках. Стайлз порадовался бы, если давно уже не ощущал себя выбитым из тела и управляющим собственными движениями откуда-то издалека. Может, тело лучше управлялось без глупой и эмоциональной души?
Он отвел в сторону ветку, стараясь не сорвать зря ни одного листа, и, наконец, увидел ту самую поляну со свежим, еще кровоточащим пнем. Они с Дереком вышли на нее с запада, следуя за тревожными знаками.
Дальше предстояло самое сложное. Стайлз осторожно сел на ветке, устроившись поближе к стволу. Любой Охотник умел вставать на след, а особенно на след того, кто убил другого Охотника.
Почему-то называть Дерека просто Охотником, ни на минуту не позволяя вспомнить что-нибудь слишком личное, слишком больное, у Стайлза получалось лучше всего. Кто-то в поселке советовал ему обратиться к старшим за помощью, кто-то - отправиться в большое паломничество к центру Леса, но Стайлз сосредоточился только на мести.
Месть стоило подавать холодной, и Стайлз несколько недель провел в однообразной, очищающей мозги медитации, охлаждая собственные желания. Он не имел права забыться и все испортить: нестись следом, позволить себе спрыгнуть на землю и сцепиться врукопашную, рвать чужие глотки зубами, голыми руками.
Единственным минусом «холодного» подхода он назвал бы полное отсутствие какого бы то ни было удовлетворения от вида хладных трупов. Но за все приходилось платить.
От ствола дерева шло ровное тепло, а листья чуть мерцали в угасающих солнечных лучах, помогая сосредоточиться. Поляна будто окрасилась в разные цвета – вот тут стоял Дерек, когда появился первый нападающий: низкорослый и коренастый, похожий на тесто, которому предоставили огромную, но, к сожалению, невысокую и плотно закрытую миску.
Остальные выбрались следом, пыхтя и переговариваясь на своем странном, поросячьем языке. Теперь Стайлз отчетливо видел места, где они затаились в ожидании Охотников. Кто-то рассказал им, что те обязательно придут на зов срубленного не вовремя дерева.
Тогда ему почудилось, что их не менее десятка, но следы говорили – трое.
Дерек успел закинуть его наверх, прежде, чем кривой, зазубренный нож вошел ему в грудь, пробив украшенный зелеными полосами доспех. На месте, где он упал и где нашел его Стайлз, когда вернулся, трава до сих пор выглядела не просто примятой, а умирающей.
Усилием воли притушив образ погребального костра, взвившегося до самого усыпанного звездами неба, Стайлз сосредоточился на следах. Эти четверо убили Дерека с какой-то целью: они ходили вокруг тела, но в итоге не взяли ничего. Возможно, Лес не позволил им этого сделать - Стайлз слышал душераздирающий скрежет и вой за спиной, когда еще считал, что Дерек бежит рядом и все хорошо.
Цвета исчезли, и Стайлз увидел ярко-красную цепочку следов, уходящих на восток. Там, по преданьям, заканчивался Лес и начиналась пустыня – такая белая и сухая, что путники не выживали и дня.
Что ж, если убийцы пришли с востока, то тем лучше. Если пустыня их не убила, значит, точно убьет Лес. Стайлз встал на ноги, стараясь не потерять след – по его ощущениям прошло около четырех-пяти часов, и Лес уже окутала темнота. Но в его черно-белом мире света хватало для погони.
Звуков Стайлз не слышал – он полностью сосредоточился на ощущении веток под ногами, пружинящих так, будто весь Лес решил помочь ему отомстить за Дерека. Через некоторое время след причудливо изогнулся – видимо, случилось что-то непредвиденное, и убийцы обходили препятствие.
Стайлз мог назвать причину, даже с черно-белым зрением: зеленый ковер под ногами незваных гостей вдруг стал чересчур мягким, с чавканьем принялся хватать за ноги, а самое главное – появился за какие-то несколько часов. В Лесу иногда такое случалось: раз - и болото, находящееся совсем в другой стороне, кидалось под ноги, а привычные ориентиры начинали попадаться снова и снова.
Лес дурил убийцам головы – Стайлз чувствовал его гнев, боль от потери Охотника, но не позволял себе испытать тоже самое. Время для скорби еще не пришло – правда, Стайлз до конца не позволял себе задуматься, что для него оно может вообще никогда не прийти, а закончится ровно в тот самый момент, когда последний убийца умрет.
Звуки вернулись так же неожиданно, как и цвета – Стайлз сморгнул, замерев и вслушиваясь в знакомую, наполненную хрюканьем речь. Неужели, убийцам казалось, что они ушли достаточно далеко? Охотники могли преодолевать огромные расстояния всего за несколько часов – это компенсировало все дни, потраченные на погребальные ритуалы и медитацию. Неужели, они думали, что в Лесу они в безопасности, после совершенного?
Стайлз положил стрелу на тетиву, чувствуя, как спокойствие струится по затылку за шиворот, точно ледяная вода.
В любом случае, чем бы все не закончилось для него самого, он верил в одно: Дерек точно им гордился бы. Он в точности выполнил все кажущиеся сложными трюки, которые Охотники шлифовали годами.

***
Все произошло полгода назад. Стайлз не мог назвать себя достойным сыном рода – никаких особых талантов за ним не водилось, а за хорошо подвешенный язык и побить могли. Все достойные уже занимались своим, выбранным делом – кто-то помогал в кузнице, кто-то работал в поле, кто-то строил новый дом для отдельного житья после женитьбы.
И только Стайлза кидало от книг к бессмысленным прогулкам по давно изученным дорожкам. Хотелось что-то делать, но вот только что именно никак не приходило на ум. В итоге выходило опять хуже некуда – Стайлз хватался то за одно, то за другое, но быстро остывал и уходил.
Кто же знал, что именно на нем традиционный ритуал выбора пути даст сбой? Вместо знака Стайлз получил невразумительное бормотание местного травника, и так и ушел растерянным и ненаправленным на единственную верную дорогу своей жизни.
Дойдя до опушки во время очередного похода от одного конца поселка к другому, Стайлз увидел Охотника совсем рядом от своего любимого места для чтения. Любой нормальный местный тихонечко пошел бы своей дорогой, но Стайлз посчитал ниже своего достоинства отступать.
Стараясь выглядеть, как обычно, словно Охотники маршировали по поселку туда-сюда каждый день, он присел на землю, прислонившись к стволу дерева, и погрузился в чтение. Стайлз так усиленно старался читать, что буквы прыгали перед глазами, отказывались складываться в слова и вообще вели себя безобразно. Чтобы не выглядеть идиотом, он все-таки переворачивал страницы, надеясь вникнуть в суть истории.
- Ты из поселка? – спросил Охотник, подкравшийся так тихо, что от неожиданности Стайлз дернулся и едва не швырнул в него книгой. – Разве ты не в курсе, что местным в Лес нельзя?
- Из поселка, - отдышавшись, ответил Стайлз. Наверное, ему стоило встревожиться – просто так Охотники редко проявляют интерес к обычным людям, и он обязательно бы сделал это, если бы любопытство не выедало его изнутри. – И я не в Лесу, я на опушке.
- И кто же ты? Пастух? Или огородник? – спросил Охотник, и Стайлз почувствовал, что тот знает ответ. Просто хочет узнать, как Стайлз его сформулирует.
- Я никто, - в своей способности говорить глупости Стайлз никогда не сомневался.
- Отлично, никто, - почему-то обрадовался Охотник и улыбнулся, становясь похожим на хищного зверя. – Ты держал в руках лук?
Почему-то казалось, что происходящее заранее подстроено местными балагурами. Только в старых сказках рассказывают, как кто-то, не обладающий ровно никакими достоинствами, внезапно превращается в героя… или, ради разнообразия, в Охотника.
- Возможно, - постарался размыть мысль Стайлз, чтобы не упоминать, к какому ущербу привели две выпущенные им стрелы.
- Видишь там доску с обозначением опушки? – Охотник махнул рукой в сторону дороги. – Сможешь попасть?
Не успел Стайлз заверить его в собственной непригодности не только к лукам, но и оружию вообще, как ему сунули в руки лук. К счастью, хоть натягивать тетиву Стайлз научился – стрела ушла куда-то вверх и влево. Но хотя бы жилых домов в той стороне не стояло.
Охотник хмыкнул, а потом похлопал его по плечу и заключил:
- Сойдет. Хотя бы тетиву натянул.
- Сойдет? – переспросил Стайлз, переживший за секунды полета стрелы самый острый и жуткий стыд в своей жизни. – Сойдет?!
- Ага, - Охотник закинул лук за спину, подхватил сумку и велел. – Веди к отцу. Заберу тебя себе.
Интонации Стайлзу нравились больше, чем слова, но он даже не стал возмущаться. Просто, как кукла, на деревянных ногах, пошел к дому.
- Меня зовут Дерек, - Охотник приобнял его за плечи и пообещал. – Твоя жизнь изменится… - и сделал паузу в конце, намекая на ответную любезность.
- Стайлз.
- Твоя жизнь изменится, Стайлз, - повторил он.
И нисколько не соврал – правда, долгое время, когда от тренировок болело все, а Лес то и дело норовил подшутить – подсечь корнем, шлепнуть веткой или натравить стайку особенно мерзко пищащих комаров – Стайлзу хотелось вернуться и спрятаться где-нибудь в колодце от Дерека с его пристальным взглядом и любовью к подколкам.
Истинную сущность выбора Стайлз понял, только когда его, наконец, допустили до книг с традициями и историями Охотников. Охотник выбирал не лучшего война, а того, чье чутье Леса и страсть к долгим переходам, сбивает с толку даже опытных травников.
Но и это оказалось не главным – выбирающий не только помогал новому Охотнику прийти в мир, он совершал однозначный и единственный возможный выбор своей пары. Некоторые выбирали неверно: после ритуала нового рождения молодой Охотник отказывался от пары и уходил. Вторую попытку не давали никому.
Стайлз не стал спрашивать, куда ушел тот, кто привел Дерека в лагерь охотников – он и так показал себя большим идиотом, чем намеревался, в их первую встречу. Несколько дней мысли о паре не давали Стайлзу спать и нормально заниматься, так что даже обычно спокойный Дерек начал порыкивать на него.
- Я тут прочитал одну вещь, - Стайлз и сам не знал, что понесло его в дом к Дереку, куда его еще ни разу не пригласили. – Про пары.
Вместо того, чтобы вышвырнуть его за порог, Дерек отложил в сторону толстенный том одного из Изначальных Охотников и посмотрел на него. Стайлз увидел, как закаменели у Дерека скулы, как дернулся кадык на шее – и не совсем уверенный в том, что говорит, зачастил:
- Мы ведь могли бы… Могли бы попробовать, верно? Я ведь вообще не могу представить, что должен испытывать? Но не попробуешь – не узнаешь?
Последнее сорвалось случайно: этот аргумент Стайлз еще вчера отверг, как наименее убедительный. И тем удивительнее, что именно он стал последней каплей, прежде чем Дерек с жутким, мученическим стоном поднялся со скамьи, мгновенно преодолел разделяющее их расстояние и буквально впечатал Стайлза в стену, оглаживая и целуя одновременно.
После этого Стайлз никогда не сомневался в выборе – он с трудом мог вспомнить их первую ночь вместе, она вся потонула в тяжелом мареве их соединения, жара ладоней и оглушительно громкого шепота на языке, который больше не имел никакого смысла. Пары Охотников создавались так виртуозно, словно кто-то намеренно подбирал их – притирал разные характеры, прикладывал друг к другу тела, тасовал способности.
- Почему ты вообще меня выбрал? – спросил Стайлз, пытаясь лечь так, чтобы не замерзнуть, но и не перегреться от жара тела Дерека.
- Ты так виртуозно меня игнорировал, что я пригляделся получше и почувствовал метку Охотника, - Дерек улыбнулся.
- А если бы я не стал тебя игнорировать? – мимолетный страх от того, что могло не случиться, острыми льдинками скользнул вдоль спины, но тут же растаял.
- Ты? – Дерек расхохотался. – Тогда, вероятнее всего, это был бы какой-то совершенно другой, мне не интересный парень.

***
Травяной сбор Стайлз сделал сам, когда его вдруг одолело желание привнести что-нибудь новое в книги Охотников. Правда, вместо хорошего сна и отдыха, брошенный в костер мешок с сушеными травами вызывал только сильное задымление. Интересно, в тот момент Стайлз чувствовал приближение смерти? Или просто, как обычно, сделал все не в то время?
Охотники очень чутко относились ко времени – наука, которую Стайлз смог постичь только после смерти Дерека. Существовало время для всего, а в остальные моменты предполагалось терпеливо ждать следующего удачного момента.
Время для изобретений и время для их применения. Стайлз кинул травы в костер убийц, одновременно с этим прыгая в сторону. Дым хлынул во все стороны, точно вышедшая из берегов река, перехватил горло и затуманил глаза.
Но Стайлз и не нуждался в услугах зрения – он стрелял на звук, стрелял, постоянно двигаясь, чтобы не умереть раньше времени. Он слышал, что стрелы попадали в цель, но враги никак не хотели умирать, а только сильнее визжали и хрипели на своем языке проклятия.
Пару раз Стайлзу показалось, что мимо него пролетело какое-то оружие – метательный нож или камень из пращи, но он только продолжил свое кружение. Все смешалось, ориентироваться на звуки становилось все труднее, визги, казалось, заполонили весь Лес, дым превратился в непроглядную стену, а тело уже не так хорошо слушалось.
Около виска что-то опять свистнуло, обожгло, и тело окончательно прекратило повиноваться – Стайлз полетел вниз, ударившись о сук грудью. Земля окончательно выбила воздух из легких, но Стайлз все равно попытался встать, мысленно крича на непослушные, разъезжающиеся в стороны конечности.
Убийцы подходили все ближе, что-то буднично обсуждая – может, решали, куда именно воткнуть нож в этот раз, и Стайлз, рывком подняв себя на колени, положил еще одну стрелу на тетиву.
За спиной страшно зарычало – в дыму скользнула чья-то огромная тень, предсмертно завизжал один из убийц. Стайлз выпустил стрелу туда, где хрюкал второй, на этот раз пытаясь попасть в голову, а еще желательнее – в глаз.
Лес качнул сильный порыв ветра, рассеяв дым, словно того и не существовало, и Стайлз увидел, как огромный, похожий на статую волк рвет на куски последнего незваного гостя. Лес никогда не бросал своих охотников, всегда присылал подмогу, только нужно было вовремя ее узнать.
- Здравствуй, Лютый.
Собственный голос показался Стайлзу чужим, фальшивым и каким-то больным. Но зверь оставил слабо содрогающееся тело и повернулся к нему. Наверное, приди ему в голову мысль встать на задние лапы, он оказался бы выше Стайлза на полголовы.
- Извини, для тебя сегодня ничего нет. Да и у меня не осталось… - Стайлз успел схватиться за дерево, прежде чем осел на траву. По виску все еще струилась кровь, но Стайлз не захватил с собой даже минимального набора лекаря. Зачем? Он вообще-то не собирался возвращаться домой.
Волк настороженно посмотрел на него, а потом одним прыжком ушел обратно в Лес. Так выходило даже лучше – еще свидетелей Стайлзу не хватало. Тем более, свидетелей, которые могут и подъесть его остывающее тело.
Сон навалился на него через несколько минут – всего несколько минут, всего на секунду закрыть глаза, позволить окружающему миру ненадолго отступить. Возможно, увидеть Дерека или увидеться с ним?
Но не успел Стайлз задремать, как по лицу прошелся влажный язык, а плечу достался ощутимый тычок. Волк вернулся обратно, да еще и умудрился набрать где-то листьев с лечебного – а по некоторым источникам, волчьего – дерева.
- Хочешь вылечить меня? – уточнил Стайлз. Ответом ему стал такой жуткий рык, что сон мгновенно слетел. Волк ткнул его еще раз в плечо, а потом выразительно прикусил руку – не до крови, но вполне ощутимо для предупреждения.
С трудом Стайлз снова вернулся в сидячее положение. Лес не стоило злить, даже если его дары тебя не прельщали.
- Почему бы всем просто не оставить меня в покое? – спросил Стайлз, закидывая несколько листьев в рот.
Волк наклонил голову, смерив его похожим на взгляд Дерека взглядом. Лес прислал не просто рядового волка – нет, такого матерого Стайлз даже на рисунках редко встречал. Красной радужкой отличались только вожаки стаи – сильные, мощные и безжалостные к чужакам.
И почему бы ему просто не отправиться по своим волчьим делам? Мало ли, сколько трупов обнаружилось бы под утро? Тем более, что без пары Охотник влачил достаточно тяжелую и безрадостную жизнь.
И дело вовсе не в отсутствии человека, с которым делишь постель, а, скорее, потери части тела, уверенности, ощущения полнейшей безопасности, когда кто-то постоянно прикрывает твою спину.
Стайлз совсем отвык бояться.
- Говорят, - выплюнув кашицу на ладонь и втирая ее в висок, почему-то начал Стайлз. – В самом центре Леса находится заброшенный город. Когда-то там жили Охотники, но кто-то выгнал их оттуда. Может, эти свины, а?
Волк фыркнул и воззрился на него, как терпеливый наставник на лентяя. Видимо, хотел услышать продолжение истории.
- Там ничего не осталось – дома поглотил Лес, как он умеет поглощать все ненужное. Единственное, что осталось – огромный алтарь. Никто не знает, каким богам поклонялись Изначальные Охотники – наши главные до сих пор об этом спорят. Особенно…
Снова фыркнув, волк подошел ближе и улегся рядом, устраивая голову на коленях у Стайлза. В груди болело и рвало – после смерти свинов эмоции понемногу возвращались, как чувствительность в отмороженной конечности: с такой же болью.
- Так вот алтарь стоит там – а Лес никогда ничего не оставляет просто так. Говорят, что Охотник может один раз в жизни совершить паломничество и попросить все, что угодно. Но, самое главное, правильно сформулировать, иначе алтарь так и останется куском камня.
Стайлз осторожно положил руку на волка, чувствуя невероятное желание зарыться пальцами в мягкую шкуру.
- Я не думал, что доживу, но сформулировал: хочу быть с Дереком.
Подскочив на ноги, волк лениво встряхнулся и зевнул ему в лицо. Похоже, формулировка нуждалась в коррекции, раз даже волк не впечатлился.
- По верху я сегодня вряд ли смогу пойти, а вот по низу – запросто, - пообещал Стайлз, пытаясь хоть как-то заглушить боль. – А если проводишь меня, то цены тебе не будет.
Время скорби опять не пришло, хотя Стайлз мог посвятить этому все время, начиная с этой самой минуты. Но он никогда не умел игнорировать знаки – раз Лес подкинул ему спасителя и проводника, то почему бы им не воспользоваться.
Прежде чем вести, волк обернулся к нему, и почему-то Стайлзу показалось, что если бы тот мог говорить, то обязательно сказал бы: «Теперь твоя жизнь изменится, Стайлз».
В голове мелькнула какая-то мысль, но Стайлз не успел поймать ее – с другой стороны, до алтаря оставалось не так уж мало. Время еще было.
Конец


@темы: фик

Комментарии
2013-12-28 в 13:52 

glenz
the risk I took was calculated, but man, am I bad at math
~Solinary~, вот это да!! Удивительная история - как же у тебя здорово получается, не то легенда, не то сказка, не то предание. И в рисунок вписывается настолько идеально, что не передать.
И Пара - как я все-таки люблю эту тему, особенно в фиках по ТВ - уж очень она к месту))
Во время прочтения так и вставали картинки перед глазами :inlove:
Это было замечательно, завораживающая история, спасибо огромное :heart:

2013-12-28 в 21:06 

Soli-nah-ree
Я просто забираю своих динозавров и выхожу из комнаты
Созвездие Гончих Псов, ЫЫЫЫЫЫЫ! Правда-правда?))))))

УРААААААААААА! Я так волновалась)))))))
Удивительная история - как же у тебя здорово получается, не то легенда, не то сказка, не то предание. Мне хотелось ее такой - это же однажды в сказке ;-)
И в рисунок вписывается настолько идеально, что не передать.:squeeze::squeeze::squeeze: Очень старалась) Твои арты сами сказочные!
И Пара - как я все-таки люблю эту тему, особенно в фиках по ТВ - уж очень она к месту)) :heart::heart::heart: Пасииииииииииииб)
Это было замечательно, завораживающая история, спасибо огромное Тебе спасибо за вдохновение и за твое творчество! :dance2::dance2::dance2::dance2:
Надеюсь, в следующем году добить обоснуй и вернуться к Принцу:heart::heart::heart:

   

Зажги свою звезду

главная